Виктор Лихошерстов: «Делалось тогда всё в спешке страшной…»

« Назад

03.05.2016 03:21

Для большинства людей, не работающих в нефтяной отрасли, все работники – этой сферы – нефтяники. А на самом деле в это понятие «нефтяник» входит довольно широкий круг специализаций. Одно из них – вышкомонтажники.

В истории Усинска роль вышкомонтажников важна. Именно они строили ту базу, на которой позже работали буровики и нефтедобытчики. И проходило это в сложнейших условиях. Как это было рассказывает бывший работник Вышкомонтажной конторы Виктор Трофимович Лихошерстов.

«Когда я приехал в Усинск в 1974 году, основной объём работы ВМК (вышко0монтажная контора) был сконцентрирован в двух районах – на Головных и в районе 89-й буровой. И только-только начинался выход на Возей.

С первых дней я работал в гремевшей тогда бригаде Ахатова. Сильная, спаянная бригада. В вышкари попасть было непросто (серьёзные требования предъявлялись к здоровью кандидата), а уж к Ахатову – тем более. Ни партийная принадлежность, ни квалификация не могли служить гарантией того, что будешь работать в этой передовой бригаде. Коллектив просеивал претендентов, как сито. Оставались в бригаде только равные «по калибру» её костяку.

Должен сказать, что со всех трибун звучало имя Мубарака Шайхуллиновича. Безусловно, бригадир он был мощный, но всё же основную организационную работу, инженерно-техническую подготовку вёл незаслуженно забытый прораб бригады Фарит Халяфович Салахов.

Однажды Ахатова спросили: «Мубарак Шайхуллинович, а кто в твоей бригаде костяк?». «Ларин» – ответил тот. Да, Виктор Иванович долго проработал с Ахатовым, был его «вечным резервистом».

У буровиков было сильно развито движение комсомольско-молодёжных бригад. У нас, вышкарей, тоже была создана одна КМБ, но просуществовала недолго. У нас и текучка была довольно высокая, да и специфика работы такова, что костяк любой бригады составляли люди старше тридцати.

Делалось тогда всё в спешке страшной. От нас требовали вышки, от буровиков метры проходки, от эксплуатационников тонны нефти. И иногда, чтобы не сбивать темпов, приходилось идти на некоторые нарушения правил безопасности. Бывали случаи, когда это приводило к негативным последствиям. Так, в середине восьмидесятых при передвижке буровой установки зацепили наземные конструкции скважины. Ударил фонтан нефти. С аварией, конечно, справились, фонтан погасили.

Иногда при перетаскивании вышка заваливалась, бывало, её специально валили. Были у нас два уралмашевских станка 160-ДГУ. Они были очень тяжёлые и нетранспортабельные. Одна вышка с таким станком стояла в районе Головных на берегу Колвы. Мы её еле сдвинули на 75 см, чтобы пробурить новую скважину. Отбурились и тут же завалили «громадину» – порезали на металлолом.

Другой раз перетаскивали вышку в районе Верхнеколвинска. Трасса была подготовлена, но началась оттепель. Местность болотистая, трасса проходила по краю небольшого озерца. Лёд проломился, и вышка рухнула. К счастью, обошлось без жертв.

И всё-таки ВМУ удавалось достигать высоких показателей и почти никогда не срывать план. Один из секретов заключался в грамотной организации работы транспортно-тракторного парка. В ВМУ было создано мобильное подразделение из тракторов, кранов и «площадок». Вышку перетащили, технику на трейлеры погрузили и срочно на другую буровую. Мобильность и оперативность работы транспортной колонны давала свои позитивные результаты.

По специализации были разные бригады. Так, при Лескине была создана специализированная бригада, которая занималась исключительно монтажом-демонтажем вышек (бригадир Николай Семёнович Костин). Остальные узлы варили на базе и на буровую привозили блоками. То есть блочно-сборный принцип строительства установок.

Работали по такому режиму: три недели работаешь, неделю отдыхаешь. Конечно, за переработки платили. Бывало, в табелях ребятам закрывал в месяц по 28 рабочих дней. Тогда руководство за это сильно не ругало, только иногда, да и то больше для виду.

Зарплата по величине распределялась так. Больше всего получали эксплуатационники – государство с ними рассчитывалось за нефть. Потом нефтяники рассчитывались за построенные скважины с буровиками, у тех соответственно зарплаты чуть поменьше. Но буровики же сдельщики были: чем больше набурят за месяц, тем больше получат. Буровики рассчитывались с вышкарями за построенные установки. Мы – с дорожниками. То есть, чем дальше от нефти, тем меньше зарплата. Существовали и надбавки. Вышкари, например, получали премию за ускорение строительства.

С 1978 года я работал в бригаде Анатолия Александровича Божко. В том году бригада получила диплом победителя соцсоревнования по итогам работы в десятой пятилетке. За победу нам на бригаду выделили три автомобиля: два ВАЗ-2101 и один ВАЗ-21011».

По материалам книги "Усинск: от рассвета до расцвета"

Подробнее о книге здесь.

 

По теме 

ЗАБЫТЫЕ ИМЕНА. НИКОЛАЙ ДОБРЯКОВ

УСИНЦЫ ВСПОМИНАЮТ. ЛЮДМИЛА МОСКАЛЁВА: КАКОЙ ЖЕ СИМПАТИЧНОЙ БЫЛА ТОГДА НЫНЕШНЯЯ ПАРМА

КАК В 40-ГРАСДУСНЫЕ МОРОЗЫ УСИНСК ЧУТЬ НЕ ЗАМЁРЗ

 

ДРУГИЕ НОВОСТИ ЧИТАЙТЕ ЗДЕСЬ

Комментарии

Добавить комментарий

*Имя:


*Комментарий: